Большая удача композитора
Главное достоинство драматургически «крепкой» пьесы в том, что события из жизни советских людей, участников войны, рассказаны простым человеческим языком, без напыщенности и прикрас, свойственных, увы, многим опереточным либретто. Читая пьесу, еще не видя спектакля, веришь в подлинное существование действующих лиц. Но не забудем про музыку «Севастопольского вальса». Именно музыка К. Листова придает масштаб событиям и чувствам, о которых рассказывается со сцены.
Вот первый лейтмотив спектакля -песня-пролог «Огни Инкерманского флота». Суровая, мужественная (хорошие стихи!), она воспринимается как символ высоких патриотических чувств, выраженных в спектакле. Второй лейтмотив -песнях «Севастопольский вальс». Эта лирическая, раздумчивая песня была написана композитором раньше и приобрела уже широкую известность. Она звучит также в первом акте, передавая чувство романтической влюбленности севастопольцев в свой город.
Большая удача композитора -песня Любаши о девушках-бойцах в финале второго акта. Разумеется, Татьяна Шмыга -выдающаяся актриса, и ее мастерству, интенсивности ее артистического темперамента в немалой степени обязана песня горячим приемом, который ей оказывают зрители. Но можно взять в руки скромный (подчас слишком скромный!) клавир и посмотреть песню еще раз дома, за роялем. И вновь она вызывает волнение. В чем же дело? Музыка очень напоминает что-то близкое, дорогое: может быть, ритмом и общим движением мелодии -«Партизана Железняка»; может быть, «Каховку» -чуточку чувствительной интонацией, возникающей в миноре, когда повышают седьмую ступень и образуется увеличенная секунда (это знают теоретики, а простые слушатели на слух ощутят здесь маленькую «сентименталинку»). Похоже, да не совсем то. И вот вдруг выясняешь: да ведь мелодия песни Любаши -это же запев «Севастопольского вальса»! Только исчез, сменившись маршевым, трехдольный ритм, а мелодия слегка варьирована, остался сдержанный контур главных ее интонаций.