Лючия Валентини-Террани

Девушкам советовали держаться подальше от Серых Волков, особенно тех, что красивы и обольстительны («Красная Шапочка»), велись рассуждения о пользе столетнего сна в ожидании выгодного жениха («Спящая красавица»), формулировалась важная истина: никакие наряды, никакие крестные матери, даже если они феи, никакие родители, даже знатные и богатые, не заменят главного -доброты, ума, отзывчивости души («Золушка»). В этом спектакле миланцев было то, что следовало бы определить как образ всего в целом взятого спектакля. Это тема торжества высоких нравственных начал человеческой личности, тема победы доброго, разумного начала жизни.

Главной героиней постановки, естественно, стала Лючия Валентини-Террани -Золушка. Эта молодая артистка наделена выдающимся по своим качествам голосом -глубоким,   грудным в нижнем   регистре и по-птичьи звонким, чистым и светлым на верхних колоратурных нотах. Уже в красках голоса молодой певицы достаточно полно выявлялись разные стороны облика Золушки-Анджелины, падчерицы дона Манифико (сюжет сказки Перро достаточно вольно трактован в либретто оперы). При этом грудной звук низких нот особенно «достоверно» звучал в первой арии грустной Золушки, а колоратуры обретали особый блеск по мере продвижения героини на пути к счастью.

Золушку окружали в этом спектакле замечательно придуманные декораций. Они напомнили страницы старинной книжки, выполненные по белому фону черной тушью, с многочисленными -в том числе наполненными юмором -завитушками, деталями, выписанными тонко, как рисунки пером Эмиля Байяра, иллюстрировавшего в прошлом веке сказки Перро для детей. Столь же затейлив и нередко юмористичен характер мизансцен, предложенных режиссером Жан-Пьером Поннелем (он же художник спектакля).