Романтически-одухотворенный музыкальный образ спектакля

Музыка чутко передает первое оцепенение, и затем все растущую уверенность Тюленина в своих силах, в решении бороться с врагами. Так завязывается второй узелок музыкально-поэтической драматургии: монолог Тюленина утверждает, подобно лирическому адажио в симфоническом цикле, ведущее чувство одного из героев.

Третье драматургическое звено композиции Рождественского -Фельцмана, «Песня о доверии», переключает эмоции из сугубо личного плана (переживания Олега по поводу встречи с Леной Позднышевой) в план общий. «Ты продешевила!» -вот сугубо прозаичная реплика Олега, убегающего из дома Лены при виде готовящейся там вечеринки с вражескими офицерами. И -звучит новая песня, лейтмыслью которой, как это ни кажется неожиданным в описанной ситуации, служат слова: «Вера в людей, вера в людей -главное наше оружие!»

Нисколько не греша против правды—как той, что лежит в основе документального материала пьесы, так и правды художественной -поэт и композитор заостряют тему доверия к человеку как прекрасную и светлую, истинно гуманистическую черту, свойственную именно советскому гуманизму. Она, эта черта, -частное выражение все той же идеи -утверждения высоконравственного начала души комсомольцев-героев.

Оскар Фельцман этой песней продолжает развивать экспонированный «Птицей» романтически-одухотворенный музыкальный образ спектакля. Свежесть и строгость гармонических красок, броский лаконизм мелодики, четкая фактура, форма роднят эту великолепную песню-марш с гражданскими песнями мастеров старшего поколения (и более всего, пожалуй, с некоторыми произведениями Вано Мурадели).