Русское народное искусство
В музыкальных образах Лядова, по-русски ясных, простых и в то же время утонченных, немного хрупких, есть нечто общее с рассказами Чехова, полотнами Левитана. Этих художников сближает тяготение к лаконизму и камерности сюжетов. А в их воплощении -никакой надуманности, никаких преувеличений; все отмерено и взвешено, все искренне и изящно.
Горячо любил Лядов русское народное искусство. Особенно увлекала его фантастика русских сказок. «Дайте сказку, дракона, русалку, лешего, дайте -чего нет, только тогда я счастлив», -говорил он. И принимался делать музыкальные зарисовки, да такие, что дух захватывало у близких ему людей. «Милый и хороший Лядинька! -писал Римский-Корсаков. -Пишите оперу, и оперу русскую: ведь Вы так все это понимаете. Сказочную оперу, без драмы.»
Каких только песен не обрабатывал композитор! Печально-заунывные и веселые игровые, сумрачно-древние церковные и бодрые, собранные обрядовые мелодии. И в каждой обработке находит Лядов ту изюминку, которая делает песню волнующей, запоминающейся. Это строгий аккордовый строй в песнях эпического склада («Илья Муромец», «Иван, Гостиной сын»), чистая, как речная вода поутру, гармоническая ткань протяжных лирических песен («Уж ты, зимушка», «Вы подите-ка, мои подруженьки»), лукаво-задорное подражание народным инструментам, а то и движениям танцующих в плясовых («Сваха ты, сваха», «Гуляй, Настя», «Я по садику ходила»). Цветами, взлелеянными бережным и любовным уходом, называл академик Б. В. Асафьев эти песни.
Другой областью, не менее властно привлекавшей композитора, была фортепианная музыка. Не будучи виртуозом, Лядов поражал своей игрой на фортепиано искушенных и придирчивых слушателей. «Глядишь -и не понимаешь, откуда сказочной нежности, былинной силы рождаются звуки», -вспоминал поэт Сергей Городецкий, слушавший Лядова-пианиста.